mercredi 14 janvier 2015


These past few days, I’ve come to see many articles (mainly in English) stating Charlie Hebdo magazine was racist, homophobic and sexist. As evidence, selected cartoons from the magazine were taken out of context and used wrongly... As they seems to state the exact contrary of what their authors originally meant.

These articles are slanderous, and here I will try to disassemble them.

First of all, it is important to understand this magazine’s spirit, birthed by a very traditional, French type of satire that may be tricky to understand by non-French minds. It’s the heritage of 19th century’s caricaturists such as Honoré Daumier, or of the satirical and anarchist magazine from the early 20th century, l’Assiette au beurre.
Born in the late 1960’s, Charlie Hebdo was linked to a monthly satirical magazine, with a very dark, biting and provocative humor, with no respect whatsoever to any political wings, or establishment of any kind: Hara Kiri, which was subjected to censorship many times, and even banned by the then-government.
Both magazines were created by cartoonists close to the left wing ( anarchists, communists, environmentalists). Their favourite targets are the army, religions, politicians, employers, the far-right and fascism. This double identity linking political views and art was important. In the pages, you’ll find in the mean time cartoons, texts and news coverage defending what they fought for (ecology, feminism, anti-clericalism, anti-militarism...), while others would tackl with a ferocious humour topical politics, lampooning absolutely everything: the leaders and the lead, the criminals and their victims, and even their families. Their motto would have been «nothing is sacred!» Everything, everyone is potential laughingstock, as a means to transcend topicality, even life itself. Rather than a left-wing magazine, it is in fact a nihilistic magazine, typical of the era it was born in, advocating that absolutely everything is subject to questioning.
Being strongly linked to topical, current events, each cartoon has to be read in its context, its era, intended for its audience, and within its culture - the French tradition of satire. The tone is highly sarcastic, violent, erotic, coarse, even surrealist at time.

To illustrate, I’d like to decipher three pictures that I have seen used as «proof» by those accusing the magazine.
In the first one, a black woman is represented as a monkey. Utmost racism, you may say. Except that this cartoon isn't making fun of that woman. In fact, it’s referring to the cover of an extreme right-wing French magazine called «Minute». In French, there’s a expression meaning «full of energy»: avoir la banane (to have a banana). «Minute» titled their cover «Taubira [French attorney general] has the banana», therefore implying Christine Taubira, as a black woman, is a monkey. Sickening racist metaphor. The text on Charlie Hebdo’s picture, «Rassemblement bleu raciste» («blue racist rally»), parodies the extreme right wing catchword «Rassemblement bleu marine » («Marine blue rally», from the name of its leader, Marine Le Pen). Far from being a racist cartoon, it in fact denounces the racism of Minute and Front National.
In the second cartoon, «Bonne année, bonne quenelle» («Happy new year, happy quenelle»), a black man has a phallic object up the arse. This character’s identity is important. It’s Dieudonné, a french stand-up comedian, and extreme right wing politician famous for his countless anti-semitic provocations. He popularized a gathering gesture with his fan, calling it the quenelle*, halfway between the Nazi salute and the «bras d’honneur» (coarse gesture meaning «Fuck you»). So, the cartoonist turns the gesture back to its initiator, to fuck him as well, and as such... denounces him.
*[Initially, quenelle is a French dish, a small seasoned ball of pounded fish or meat... Looking quite like the phallic object coming out of his arse.]
In the third picture, two women, ecstatic - obviously two Lesbians – look adoringly at a crucifix soiled with vaginal secretions. Looks like a homophobic cartoon, doesn’t it? It actually portrays Frigide Barjot and Christine Boutin, the two leaders of the reactionary movement «la manif pour tous», which is dominated by Christian fundamentalists opposed to homosexual marriage rights. The title «2 mamans, 1 sextoy?» («2 moms, 1 sextoy») is also a parody of their slogan «1 papa, 1 maman» («1 mom, 1 dad»). Their movement predicts that allowing homosexual union will lead to the destruction of the Christian Western civilization. By portraying these two women as what they despise, two Lesbians, furthermore obsessed with an improvised dildo (the crucifix, a sacred object, becomes here a mere, trivial object). The cartoonist Coco here pictures their true nature: two irrationally obsessed people, actually obsessed not by sex lust of course, but by an absurd and anachronistic belief in a moral apocalypse. The target isn't the LGBT community, but its opposition.

We may consider those cartoons to be of bad taste, to be vulgar. We may not find them funny. But to accuse them of being racist, homophobic or sexist is nonsense, pure misinformation.
It’s perfectly legitimate to find these cartoonists’ attacks against one or another group, person, establishment, movement shocking. But from the moment we forbid to make humour about someone or something, humour is dead. Humour (particularly Charlie Hebdo variety thereof) is ferocious, and spares no one. It’s in its nature.

Inside the extreme left in France, there is no consensus about Charlie Hebdo. Part of it accuses the magazine of being carefree, irresponsible, of mocking Islam at inconvenient moments, as a xenophobic and Islamophobic wave hits the country, with symptoms such as the growth in popularity of the extreme right wing Front National, the trivialization of racist speech in politics, and also a few laws supposedly for secularism, when in fact they target specifically the Muslim community. To what the authors answer there’s no humour without the right for it to be... carefree. Here lie the magazine’s limits, its vulnerability (or strength), standing between humour and militancy, stances against xenophobia, and extreme-right, but also fierce defenders of secularism, and raging humour that takes any aspects of life, any member of the national community as a target.

But in no way can it be said that Charlie Hebdo is racist. It is slander.

mardi 13 janvier 2015


(оригинал: статья Gérald Auclin, « "RACISTE, SEXISTE, HOMOPHOBE" : CHARLIE HEBDO CALOMNIÉ »,,
перевод: А. Зайцевой)

В последнее время мне попадалось под руку много статей (в основном, по-английски), авторы которых утверждали, что «Шарли Эбдо» - расисткая, гомофобская и сексистская газета. Опираясь при этом на опубликованные в газете рисунки, но абсолютно неверно их интерпретируя... поскольку картинки эти говорят ровно обратное тому, что авторы этих статей в них вычитывают. Иначе как клеветническими эти статьи назвать невозможно, и ниже я попытаюсь доказательно разоблачить эту клевету.
Прежде всего, необходимо попытаться понять сам дух этой газеты, берущий начало в весьма специфической французской традиции сатиры, которую бывает сложно понять внешнему читателю.

«Шарли Эбдо» был основан в конце 1960-х годов. Он связан с ежемесячной сатирической газетой «Харакири». Последняя славилась своим чëрным, всеразрушающим юмором, не уважающим никакие власти, никакие институты. «Харакири» не единожды повергался цензуре и запрещался властями.
Обе газеты созданы художниками-юмористами, близкими к левацким движениям (анархстам, коммунистам, экологам). Их излюбленные мишени – армия, церковь и представители разных культов, правительство, руководители предприятий и фашистские группировки. Эта двойная, политическая и артистическая принадлежность имеет особую важность. На страницах газеты обнаруживаются как рисунки, тексты и репортажи, продвигающие отстаиваемые ценности (феминизм, экология, антиклерикализм, антимилитаризм...), так и рисунки, реагирующие крайне жестким юмором на политическую повестку дня, поднимая на смех абсолютно всë: власти и народ, преступников, их жертв и семьи этих жертв. Коротко их кредо можно сформулировать так: НИЧЕГО СВЯТОГО! Они выходят за пределы рационального осмысления представленных в СМИ текущих событий, да и самой жизни – посредством беспощадного смеха над всем и вся.
Это даже не столько левацкая, сколько нигилистская газета: дети своей эпохи, авторы выступают за то, что АБСОЛЮТНО ВСË можно подвергнуть сомнению.
Поскольку газета из номера в номер откликается на текущие события, представленные в других СМИ, каждую картинку следует понимает в связи с ее контекстом, моментом публикации, с пространством ее рецепции (французское общество и, в целом, французская культура). Авторы выдерживают очень саркастический, беспощадный, эротический, грубый и порой сюрреалистичный тон.
Давайте для примера рассмотрим три рисунка, к которым отсылают те, кто обвиняет журнал во всех этих –измах и –фобиях.
На первом рисунке – чернокожая женщина, изображенная в виде обезъяны. Ну тут уж расизм хуже некуда, скажете вы. Однако рисунок не преследует цели высмеять саму эту женщину. Он отсылает к обложке крайне-правой газеты «Минют», где появилась статья под названием «Тобира [французский министр юстиции] нашла банан». В этом газетном заголовке спрятана непростая для нефранкоязычных читателей игра слов: «иметь банан» - это разговорная идиома, которая означает «быть в хорошей форме», «найти банан» - «вернуться в хорошую форму». И в то же время Тобира, чернокожая женщина-министр, сравнивается авторами этой крайне-правой газеты с обезъяной, что является отвратительной расистской метафорой, которую и выставляет на посмешище «Шарли Эбдо». Текст под этим рисунком, «Сине-расистское собрание», пародирует лозунг крайне-правой партии Национальный Фронт «Сине-мариновое собрание» (играющий с именем Марин Ле Пен). Итак, в мы имеем здесь дело не с расистскими карикатурами, а с обличением расизма авторов газеты «Минют» и партии Национальный Фронт.
На втором рисунке, с надписью «Удачи в Новом году, удачной фрикадельки», изображен чернокожий с фаллическим предметом (собственно фрикаделькой), торчащим из его задницы. Так вот, следует объяснить, что это за персонаж. Это Дьëдонне, юморист и крайне правый политик, сделавший себе карьеру на антисемитских провокациях (последняя из которых – «Я Амеди Кулибали» - появившаяся в его блоге, рискует стоить ему уголовного преследования – прим. Перев.). Братаясь со своими поклонниками, он популяризовал среди них жест под названием «фрикаделька» - нечто среднее между наци-приветствием и «факом». Иными словами, художник оборачивает данный жест против самого его инициатора, чтобы оттрахать его «фрикаделькой» и... изобличить.
На третьем рисунке две женщины в состоянии экстаза, по всей видимости, лесбиянки, смотрят на распятие, запачканное вагинальными выделениями. Кто-то закричит сразу: гомофобский рисунок! Но на самом деле здесь представлены Фрижид Баржо и Кристин Бутен, лидеры реакционного движения «Демонстрация для всех», в котором преобладают католики-фундаменталисты, борющиеся против однополых браков. Надпись «Две мамы, одна секс-игрушка?» пародирует формулу «один папа, одна мама» - главный лозунг движения, которое усматривает в разрешении однополых браков угрозу всей западной христианской цивилизации. Превращая этих двух людей в тех, против кого они борются – в лесбиянок, к тому же еще и впадающих в экстаз от импровизированного дилдо (сакральный символ распятия трансформирован здесь в профанный предмет), художница Коко вскрывает их истинную, на ее взгляд, натуру: это две иррациональные фанатички, на самом деле озабоченные, конечно, не сексом, а абсурдным и анахроничным верованием в моральный апокалипсис. Итак, мишенью здесь является не лесбийское сообщество, а его противники.
Разумеется, можно считать эти рисунки пошлыми и вовсе не смешными, но называть их расистскими, гомофобскими и сексистскими – это чистая ДЕЗИНФОРМАЦИЯ!
Разумеется, можно приходить в негодование, когда эти художники нападают средствами искусства на ту или иную персону, институт или группу. Но стоит задуматься вот о чем: если мы соглашаемся с тем, что следует запретить смеяться над кем-либо или чем-либо, не является ли это началом конца всякого юмора вообще? Юмор – особенно если это юмор «Шарли Эбдо» - свиреп и не щадит никого. Это свойственно самой его природе.
Среди французских крайне-левых вокруг «Шарли Эбдо» уже давно ведутся ожесточенные споры. Некоторые из них осуждают газету за «безответственность», за слишком частые насмешки над исламом, особенно неуместные в эпоху, когда страну накрывает волной ксенофобии и исламофобии. Об этом свидетельствует рост популярности Национального Фронта, снятие самоцензуры на расистские высказывания среди политиков и принятие законов, которые под прикрытием защиты светскости наносят удар именно по мусульманскому сообществу.
На это художники и редакторы газеты им отвечают, что юмор невозможен без права на... безответственность. Это кредо – и есть Ахиллесова пята (или сила) газеты, которая лавирует между двумя разными полюсами, совместить которые мало кому удается. С одной стороны – левацкий активизм, противостоящий ксенофобии и крайне-правым, а также отстаивающий принцип светскости. С другой стороны – всеразрушающий юмор, мишенью которого становятся все явления жизни и все без исключения граждане.
Однако ни в коем случае невозможно утверждать, что «Шарли Эбдо» - расисты.
Те, кто это утверждает – клеветники.

ПОСЛЕСЛОВИЕ ПЕРЕВОДЧИКА: Перепосты приветствуются. Я не против критики Шарли Эбдо, а против критики не по делу и не за то, иными словами, против непросвещенной критики. Сделаем социальные сети "оружием массового просвещения".



J'ai vu passer ces derniers jours beaucoup d'articles (principalement en anglais) affirmant que Charlie Hebdo était un journal raciste, homophobe et sexiste. A l'appui, des dessins issus du journal utilisés à mauvais escient... car ils disent le contraire de ce que veulent leur faire dire les auteurs des articles !
Il s'agit d'articles purement calomniateurs que je vais ici tenter de démonter.

Tout d'abord, il faut essayer de comprendre l'esprit de ce journal, lié à une tradition française de la satire bien spécifique, et parfois difficile à comprendre de l'extérieur.
Né à la fin des années 1960, Charlie Hebdo est lié à un mensuel satirique à l'humour noir et dévastateur, ne respectant aucun pouvoir, aucune institution : Hara Kiri, plusieurs fois censuré et interdit par le pouvoir en place.
Les deux revues sont créées par des dessinateurs humoristes proches de la mouvance gauchiste (anarchistes, communistes, écologistes). Leurs cibles favorites sont l'armée, l’Église, le gouvernement, les patrons et les mouvements fascistes. Cette double identité politique et artistique a son importance. Dans les pages du journal, on trouve à la fois des dessins, des textes et des reportages promouvant leurs combats (écologie, féminisme, anticléricalisme, antimilitarisme...) et d'autres réagissant avec une extrême violence humoristique à l'actualité politique, tournant en dérision absolument tout : aussi bien les dirigeants que les dirigés, tant les criminels que leurs victimes et les familles de ces dernières. Si l'on pouvait résumer leur profession de foi, ce serait : RIEN N'EST SACRÉ ! Il faut rire de, taper sur tout le monde afin de transcender l'actualité, la vie même. Plus qu'un journal gauchiste, il s'agit en fait d'un journal nihiliste, représentatif de l'époque qui l'a vu naître, prônant qu'il faut TOUT remettre en question.

Étant systématiquement liée à l'actualité politique, chaque image doit être comprise dans son contexte, son époque, son espace de réception (la société française) et la culture française en général. Le ton est fortement sarcastique, violent, érotique, grossier, parfois surréaliste.

Je prendrai ici pour exemple trois images dont se servent ceux qui accusent la revue de tous ces maux.

Dans la première, on voit une femme noire dessinée en singe. Quoi de plus raciste me direz-vous ? Sauf que le dessin ne se moque pas de cette femme. C'est une référence à une couverture d'un journal d'extrême-droite, Minute, qui avait titré « Taubira [la ministre de la Justice] retrouve la banane », la comparant ainsi à un singe, métaphore raciste ignoble. Le texte au dessus du dessin, « Rassemblement bleu raciste » parodie le slogan du parti d'extrême-droite le Front national « Rassemblement bleu marine » (du nom de son chef Marine Le Pen). Loin d'être une caricature raciste, il s'agit en fait d'une dénonciation du racisme de Minute et du Front national.

Dans la deuxième, « Bonne année, bonne quenelle », un noir a un objet phallique (en fait une quenelle) dans le cul. Il faut savoir qui est ce personnage. Il s'agit de Dieudonné, un humoriste-politicien d'extrême-droite ayant fait un succès à force de provocations antisémites. Il a popularisé un geste de ralliement avec ses fans, qualifié de « quenelle », à mi-chemin entre salut nazi et bras d'honneur (ce qui en France signifie « je t'encule »). Le dessinateur renverse donc le geste vers son initiateur pour l'enculer à son tour et donc... le dénoncer.

Dans le troisième dessin, deux femmes en extase – visiblement deux lesbiennes – regardent un crucifix souillé de secrétions vaginales. Un dessin homophobe ? Il s'agit en fait de Frigide Barjot et de Christine Boutin, les deux leaders du mouvement réactionnaire, massivement composé de catholiques intégristes, opposé au mariage homosexuel « la manif pour tous ». La légende, « 2 mamans, 1 sextoy ? » parodie le slogan du mouvement « 1 papa, 1 maman » qui voit dans l'autorisation du mariage homosexuel la destruction de la civilisation chrétienne occidentale. En transformant ces deux personnes en ce qu'elles combattent, deux lesbiennes, de surcroît obsédés par un godemichet improvisé (un crucifix au caractère sacré qui est ici transformé en objet trivial), la dessinatrice Coco montre leur vraie nature : ce sont deux obsédées irrationnelles, obsédées en réalité bien sûr non pas par le sexe mais par une croyance absurde et anachronique en une apocalypse morale. La cible n'est donc pas la communauté homosexuelle mais bien ses opposants.

On peut trouver ces dessins de mauvais goût, ne pas les trouver drôles mais les qualifier de racistes, d'homophobes ou de sexistes est de la pure DÉSINFORMATION.
On peut être choqué que ces dessinateurs attaquent telle ou telle personne, telle ou telle institution, telle ou telle groupe. Mais à partir du moment où on interdit de se moquer de quelqu'un ou de quelque chose, il n'est plus d'humour possible. L'humour (surtout celui de Charlie Hebdo) est féroce et n'épargne personne. C'est dans sa nature.

Au sein de l'extrême-gauche française, il existe une polémique autour de Charlie Hebdo. Une partie de celle-ci accusant le journal d'être « irresponsable », de trop se moquer de l'islam à un moment inopportun, alors qu'une vague de xéphobophie et d'islamophobie frappe le pays, avec pour symptômes la montée du parti d'extrême-droite le Front national, la libération de la parole raciste dans la classe politique et certaines lois qui, sous couvert de défense de la laïcité, ciblent spécifiquement la communauté musulmane. Ce à quoi les dessinateurs et rédacteurs du journal répondent qu'il n'est d'humour possible sans droit à être... irresponsable. Là apparaît la limite, la vulnérabilité (ou la force) du journal, placé entre militantisme de gauche, opposé à la xénophobie et à l'extrême-droite mais aussi attaché à la laïcité, et humour ravageur voulant prendre pour cible tous les aspects de la vie et tous les membres de la communauté nationale.

Mais en aucun cas on ne peut prétendre que Charlie Hebdo est raciste. C'est de la calomnie.

Le texte sur facebook

samedi 9 août 2014

Adaptation d'un texte d'Alphonse Allais

Adaptation du texte "Le Criminel précautionneux" d'Alphonse Allais réalisée en juin 2014 dans le cadre d'un atelier avec des étudiants de l'université de Saint-Denis.